Просмотры 110811 апреля 2019
Журналист Павел Казарин пояснил, какое разочарование ждет избирателей Владимира Зеленского в случае его победы на выборах. 

Об этом он написал в блоге на "Украинской правде", передает "Диалог.UA". 

В январе 2000 года на форуме в Давосе прозвучал вопрос: "Who is mister Putin?" 

Его задала журналист Philadelphia Inquirer Труди Рубин. На тот момент Путин – и.о. президента. Его публичной карьере в Москве – полтора года. Свои первые выборы он выиграет спустя два месяца. 

Спустя 19 лет точно такой же вопрос хочется поставить штабу Владимира Зеленского. 

И речь не о попытке провести параллель или сравнить биографии. Речь о том, что Владимир Зеленский старается не мешать своим сторонникам придумывать самого себя, потому что сегодня за него голосуют люди с самыми разными взглядами на будущее. 

Исследование Центра Разумкова довольно красноречиво. 

56% сторонников Зеленского хотят в НАТО, а 35% – внеблоковости. 

55% хотят сбежать от России, а 32% – восстановить с ней отношения. 

52% хотят поддержки украинского языка, а 41% – равных условий для всех. 

47% хотят рынок, а 41% – госконтроля. 

Подобный разрыв в настроениях есть и у избирателей Порошенко. Но при этом по перечисленным пунктам этот разрыв куда меньше, чем у электората Зеленского. Условно говоря, избиратели действующего президента более однородны, чем избиратели его визави. И в этом нет ничего удивительного. 

С первого дня своей кампании Владимир Зеленский не пытается искать свою целевую аудиторию. 

На смену эксклюзивности пришла инклюзивность. Вместо того, чтобы давать ответы – его штаб пытается их избежать. 

Чтобы затем собрать электоральный урожай по всей стране. 

Судя по первому туру, стратегия более чем выигрышная. Кандидат выступает в роли раскраски, для которой каждый избиратель самостоятельно выбирает фломастеры. 

Загвоздка лишь в том, что это все равно не решает проблему. 

Мотивы для голосования у избирателя могут быть разными. Один штаб продает стране синицу в руках, другой – журавля в небе. Кандидаты соревнуются в том, кто перехватит повестку. В том, кто навяжет оппоненту свою стратегию. 

Любой учебник расскажет нам, что первый тур – это всегда голосование "за", а второй – голосование "против". Но если мы хотим выбрать меньшее зло – для этого все равно нужна некая система координат. 

Потому что для разных избирателей "злом" могут быть совершенно разные вещи. 

Для одних "зло" – это МВФ, а для других – печатный станок. Для кого-то – рынок земли, а для кого-то – его отсутствие. Для одного избирателя запрет российского контента – это фактор безопасности, а для другого – цензура. 

Вполне допускаю, что штаб Владимира Зеленского именно на это и делает ставку. Капитализирует усталость от действующего президента. Рассчитывает отмолчаться до второго тура. 

Ставит на то, что украинский избиратель голосует сердцем. Находит все новые причины для того, чтобы не выходить на дебаты и не приходить на ток-шоу. 

В конце концов, эта тактика вполне может привести к победе. 

Мы уже входим в сезон политических переобуваний. Штаб Владимира Зеленского будет прирастать политиками и активистами. 

Мы услышим о новой надежде и фугасе под старые элиты. О новых правилах игры и неизбежности обновления. 

И у меня лишь один вопрос ко всем тем, кто сделал ставку в этом политическом казино. Если вы уверены в своем кандидате, почему бы не убедить его поговорить со всеми нами? 

Любую власть стоит менять. Ни один политик не заслуживает бессмертия. Но некоторые ситуации ценны развилками. И потому было бы неплохо понять – кого именно и почему вы предлагаете в роли альтернативы. 

Нельзя декларировать игру по правилам – и при этом их нарушать. 

Нельзя сражаться против дракона лишь для того, чтобы самому занять его место. 

Нельзя выступать в защиту принципов – и отговаривать кандидата от интервью. 

Единственным кандидатом из топ-6 рейтинга, согласившимся прийти на дебаты перед первым туром, стал Анатолий Гриценко. 

Можно как угодно относиться к его программе, но это был сильный ход. Он не просил стадион, не прятался за даты и не требовал изменить под себя формат. Он просто пришел и полтора часа отвечал на вопросы. 

К политтехнологам Владимира Зеленского нет вопросов. Они делают свою работу – и, судя по всему, делают довольно неплохо. 

Вопросы есть ко всем тем, кто готов инвестировать в "кандидата надежды" свою репутацию. Рискните доказать, что речь идет не о вашей персональной надежде, а о коллективной. Потому что иначе это начинает походить на подлог. 

Победителей не судят только в поговорках. В реальной жизни расплачиваться за победу приходится практически сразу. 

Когда мы видим электоральные карты, на которых Владимир Зеленский объединил страну – это иллюзия. 

Потому что тот кандидат, за которого люди отдавали голоса в первом туре, остается "сферическим в вакууме". Любые его шаги в случае избрания обрекут его же избирателя на фрустрацию. Потому что ожидания слишком уж разные. 

За всей дискуссией про дебаты потерялось главное. Важна не площадка, не дата и не фамилия модератора. 

Важны ответы. И если мне говорят, что нынешняя кампания – это схватка "старого" и "нового", то было бы неплохо очертить примерные контуры этого самого нового. 

Меньшее зло существует. Но в каждой кампании нужно доказать, что именно ты – меньшее зло. А для этого нужно совсем немногое, папример, заговорить. 


Вам также может понравиться