Новые документы по делу Эпштейна раскрыли финансовые связи миллиардера, арт-консультанта и самого Эпштейна

Недавно опубликованные материалы описывают управление Джеффри Эпштейном финансами арт-консультанта, получившей от миллиардера Леона Блэка 2,5 миллиона долларов, и сложные денежные потоки, вызывавшие обеспокоенность у бухгалтеров, но не свидетельствующие о противоправных действиях.

Последняя публикация документов Министерства юстиции, связанных с расследованием в отношении Джеффри Эпштейна, содержит новые подробности о финансах бывшей украинской модели, а ныне арт-консультанта и коллекционера, которая получила не менее 2,5 миллиона долларов в виде личных переводов от американского миллиардера Леона Блэка в период с 2011 по 2015 год.

Переписка по электронной почте показывает, что Эпштейн играл значительную роль по крайней мере до 2018 года в координации финансовых дел Анастасии Сироченко, включая взаимодействие с бухгалтерами и аудиторами, контроль налоговой документации и отслеживание движения средств между её личными счетами и компаниями, связанными с искусством.

Согласно массиву электронных писем, изученных OSINT-подразделением Toronto Television, один из бухгалтеров, курировавших её финансы, ушёл в отставку после того, как выразил обеспокоенность тем, как была оформлена покупка недвижимости.

Блэк, сооснователь Apollo Global Management Inc., был давним клиентом Эпштейна и заплатил ему около 158 миллионов долларов за налоговые и инвестиционные консультации, сообщала The New York Times.

Новые документы не содержат обвинений в преступных действиях со стороны Сироченко или Блэка и не показывают, что Блэк направлял или участвовал в электронной переписке. Однако они дают детальное представление о том, как Эпштейн действовал в качестве финансового посредника, вовлекая себя в сложные схемы с участием состоятельных клиентов, более молодых партнёров и непрозрачных финансовых структур, особенно на арт-рынке.

Сироченко, которой сейчас 38 лет, построила публичную карьеру в мире искусства, организуя выставки и входя в советы культурных учреждений в Нью-Йорке, включая SculptureCenter и Watermill Center. В 2015 году она помогла организовать выставку Delirious Picasso в Лондоне, работая через арт-консалтинговую фирму House of Nobleman.

Из писем следует, что Сироченко познакомилась с Эпштейном в 2010 году, когда ей было 22 года, во время работы моделью и поиска профессиональных возможностей в Нью-Йорке. В том же году она подписала контракт с MC2 Model Management — Miami, модельным агентством, которым руководил Жан-Люк Брюнель, близкий соратник Эпштейна, позже умерший во французской тюрьме в ожидании суда по обвинениям в сексуальных преступлениях и торговле людьми.

Источник: фотография Джеффри Эпштейна и Жан-Люка Брюнеля, опубликованная Министерством юстиции США.

С 2011 года финансовая активность Сироченко начала регулярно фигурировать в переписке Эпштейна. В период с 2011 по 2015 год Блэк и связанные с ним структуры перевели не менее 2,5 миллиона долларов на её личные счета.

Бухгалтеры классифицировали эти выплаты как подарки, следует из писем, в которых видно, что Эпштейн координировал оформление переводов и их описание для целей налогообложения и аудита.

В 2013 году Сироченко основала компанию Sublime Art LLC, занимающуюся торговлей и консалтингом в сфере искусства. Согласно документам, Блэк стал клиентом фирмы, а счета отражают покупки произведений искусства на сотни тысяч долларов.

Отдельная переписка за 2017 год описывает предложенное комиссионное соглашение между Sublime Art и Narrows Holding LLC, компанией, связанной с Леоном Блэком. Согласно материалам по делу Эпштейна, Narrows владела произведениями искусства Блэка в качестве обеспечения и учитывала большую часть займов, связанных с его арт-портфелем по состоянию на 2016 год, сообщал Forbes.

По условиям соглашения 2017 года компания Сироченко должна была получить 1,8 миллиона долларов за организацию продажи картины Пауля Клее стоимостью 7,8 миллиона долларов при условии завершения сделки. В письмах Эпштейн фигурирует как лицо, одобряющее формулировки и передающее информацию между сторонами, однако документы не устанавливают, была ли комиссия в итоге выплачена.

Совмещение личных доходов Сироченко от Блэка и её деловых отношений с ним вызвало обеспокоенность у некоторых бухгалтеров и аудиторов. В одном из писем бухгалтер предупреждал о возможном конфликте интересов, отмечая, что в депозитах-подарках Блэк прямо указан как источник средств, в то время как он являлся основным клиентом фирмы.

Другая переписка касается споров вокруг покупки недвижимости во Львове. Один из бухгалтеров впоследствии уволился, сославшись на разногласия по поводу структуры владения и налогового учёта львовской недвижимости. Из писем также следует, что средства на покупку были переведены с личного счёта Сироченко на счёт компании с ограниченной ответственностью и оформлены как заём, после чего часть этих средств была использована для приобретения объекта. Согласно публичным реестрам, по состоянию на 2026 год собственником указана она.

Письма свидетельствуют о том, что Эпштейн проявлял интерес к тому, чтобы документация по недвижимости была корректно оформлена для отчётности.

Некоторые сообщения также указывают, что средства, проходившие через компании Сироченко, обсуждались в контексте потенциальных инвестиций, связанных с интересами Блэка. Документы не показывают, что такие сделки были завершены, и не устанавливают, что он руководил этими обсуждениями.

Блэк покинул руководящие должности в Apollo Global Management Inc. в 2021 году после возобновления внимания к его отношениям с Эпштейном. Он признавал, что пользовался финансовыми консультациями Эпштейна, но утверждал, что не знал о его преступной деятельности. Ранее три женщины обвиняли Блэка в сексуальном насилии; он отверг эти обвинения, а федеральный иск, поданный женщиной под псевдонимом Джейн Доу, остаётся на рассмотрении.

Документы являются частью более широкого массива материалов, иллюстрирующих финансовые отношения Эпштейна с Блэком и другими лицами. Предыдущие расследования показали, что Блэк переводил миллионы долларов нескольким женщинам, связанным с Эпштейном, некоторые из которых позднее были названы в судебных документах жертвами или соратницами осуждённого за сексуальные преступления.

В письменном ответе Сироченко заявила, что её имя «фигурирует в опубликованной переписке исключительно в связи с частными финансовыми, имущественными и юридическими вопросами почти десятилетней давности и не имеет отношения к каким-либо уголовным делам. Упоминания обо мне носили исключительно деловой характер».

Сироченко добавила, что много лет работает в международной сфере искусства, её «профессиональная деятельность всегда была публичной и прозрачной», и она никогда не была объектом уголовного преследования.

Хотя новые документы не объясняют цель переводов Сироченко и не устанавливают незаконность, они предоставляют подробную картину того, как Эпштейн встраивался в финансовые отношения, сочетающие личные выплаты, деловые сделки и налоговое планирование — схемы, которые в ряде случаев вызывали тревогу у профессиональных консультантов, но тем не менее продолжались годами.

Материалы оставляют без ответа вопрос, почему такие крупные суммы переходили из рук в руки и почему Эпштейн играл столь значимую координирующую роль. Однако они дополняют публичную картину того, как Эпштейн распространял влияние далеко за пределы собственных финансов, действуя через механизмы, основанные на конфиденциальности, сложности и ограниченной прозрачности.